Литература и медицина: Артур Хейли «Сильнодействующее лекарство»

Что на первом месте — человеческие жизни или прибыль фармацевтической корпорации?

Каждая книга Артура Хейли раскрывает перед читателем целый мир. И если в романе «Окончательный диагноз» автор знакомил нас с закулисной жизнью обычной клиники и деятельностью врача-патологоанатома, то «Сильнодействующее лекарство» посвящено фармакологии.

Хейли буквально препарирует работу фармацевтических корпораций, в частности морально-этические и административные моменты. В романе есть все: шантаж, личные амбиции, подтасовка фактов и честная главная героиня, поднявшаяся из самых низов. Действие развивается вокруг лекарств. Выпуск одного препарата может спасти тысячи жизней, а продажи другого приводят к миллионам искалеченных судеб. Что делать, как поступит корпорация?

– Новый препарат, о котором идет речь, – пояснил Кэмпердаун в основном для сведения Селии, – не является разработкой нашей компании. Лицензия на его производство закуплена у западногерманской фармацевтической компании «Хемие-Грюненталь». Это снотворное – одно из наиболее безопасных среди лекарств такого рода, – продолжил президент. – Оно безопасно даже для маленьких детей. Лекарство уже поступило в продажу и завоевало популярность почти во всех крупных странах, кроме Соединенных Штатов. Можно считать, нам повезло быть первыми, кто получил право на его выпуск в США. Называется оно талидомид. Несмотря на безопасность, талидомид в Соединенных Штатах должен пройти соответствующие пробы на человеческом организме, прежде чем может быть получена виза ФДА – Управления по контролю за продуктами питания и лекарствами – на его продажу. Это требование – лишь проявление нашего глубокого бюрократизма, но с ним приходится мириться, – проворчал президент.

Затем началась дискуссия, где и как следует провести соответствующие испытания. Директор по науке, доктор Лорд, предложил нанять для этой цели примерно пятьдесят врачей с частной практикой. Они будут использовать этот препарат для лечения больных, а полученные результаты компания «Фелдинг-Рот» передаст в управление.

– Это должны быть терапевты, врачи-интерны <Начинающий врач или студент-медик, живущий при больнице>, психиатры и акушеры, – заявил Лорд.

– И сколько времени будет продолжаться вся эта волокита? – поинтересовался вице-президент по коммерции.

– Вероятно, месяца три.

– А в два никак не уложиться? Нам нельзя тянуть с выходом на рынок.

– Думаю, уложимся.

Один из участников совещания выразил сомнение, не чересчур ли усложнена процедура апробации. Нельзя ля ее упростить и провернуть все поскорее? Провести тесты в одном месте, скажем, в какой-нибудь больнице?

Дискуссия продолжалась еще несколько минут, затем в нее вмешался Кэмпердаун.

– Может быть наша юная леди хочет поделиться соображениями по данному вопросу? – улыбнулся президент.

– Да, хочу, – ответила Селия. Все головы разом повернулись в ее сторону. Селия тщательно взвешивала каждое слово, она понимала, что присутствует здесь вопреки установленному порядку, что ей оказана определенная честь, чрезмерная самоуверенность могла лишь повредить, выставить ее в невыгодном свете.

– Есть тут один момент, – сказала Селия, – который не может не вызывать беспокойства. Я имею в виду предложение включать в апробационный список акушеров. Ведь в таком случае препарат будут принимать беременные женщины, а беременность — не лучшее время для экспериментов.

Ее раздраженно перебил доктор Лорд:

– Это не относится к данному случаю, талидомид широко используется в Европе и на других континентах. Среди потребителей лекарства были и беременные.

Здесь стоит добавить, что талидомид — это реально существовавшее лекарство. Оно известно тем, что в период с 1956 по 1962 годы было рождено, по разным данным, от 8000 до 12 000 детей с врожденными уродствами. Это произошло из-за того, что женщины принимали талидомид во время беременности.

# # #
Материалы не найдены или отсутствуют.